Перуанский атташе принял самую непринужденную позу и спокойно заявил:

— Я заключил условие с легионером. Сейчас я имею дело с наследником Космо Морнингтона, который завтра получает миллион франков, а через месяц, быть может, двести миллионов. Разница большая.

— А если я откажу вам?

— Я сообщу нотариусу и префекту, что произошла ошибка. Вы не только ничего не получите, но и будете арестованы.

— Так же, как и вы!

— Я!

— Разумеется, за подлог и изготовление фальшивых документов.

Атташе умолк. Его длинный нос вытянулся еще больше между длинными бакенбардами.

— Ну, Кассерос, полноте. Ничего вам не будет. Только не пытайтесь больше обойти меня. Другие, потоньше вас, срывались. Куда уж вам! Ну, что, сдаетесь? Не будете больше строить козни против прославленного Перенна? Прекрасно, прекрасно.

С этими словами он вытащил чековую книжку.

— Вот вам чек еще на двадцать тысяч от наследника Космо Морнингтона. Улыбнитесь же, благодарите и марш, не оборачиваясь, как дочери Лота!

Атташе буквально исполнил приказание и выскользнул из кафе, не оглядываясь.

— Мразь! — шепнул дон Луис. — Что скажете на это, бригадир?

Бригадир Мазеру смотрел на него, оторопев.

— Но позвольте, месье…

— Что такое, бригадир?

— Но, однако, кто же вы собственно такой?

— Разве вы не слыхали — благородный перуанец или благородный испанец… наверное, не знаю… короче дон Луис Перенна, бывший легионер…

— Вздор! Я только что слышал…

— …Весь в орденах…

— Довольно! Идемте к префекту.

— Да дайте же закончить, черт возьми! Итак бывший легионер, бывший герой… бывший узник Сантэ… бывший русский князь… бывший начальник полиции… бывший…

— Да вы с ума сошли! — выходил из себя бригадир. — Что это за басни?

— Это история, подлинная история… Вы спросили, кто я? Вот я и перечисляю. Хотите углубиться в еще более древние времена?